20 великих альбомов, которым в 2019-м году исполняется 20 лет


0 222 73

Прекрасно понимаем, что вы и без нас с огромным удовольствием переслушиваете пластинки из этой статьи где-то раз в полгода (и вообще выделили для них особое место в своих сердцах). Тем не менее, нам кажется важным не только поностальгировать о какой-нибудь там мазафаке из школьного периода, но и поразмыслить над тем, что эта музыка значила «тогда».

В музыкальном опыте (как со стороны слушателя, так и исполнителя) вообще крайне важна неразрывность процесса. Нельзя откладывать что-то на полочку, а потом «возвращаться». Зачем проходить это «вечное возвращение», если можно всегда быть вместе?

PS. Названия альбомов кликабельны: ссылки отправят вас на эти шедевры целиком.

Sigur Rós — Agaetis Byrjun

Несмотря на то, что эта великая исландская группа появилась в 1994-м, именно «Agaetis Byrjun» можно считать полноценной точкой отсчета их истории. К тому же, он и переводится как «хорошее начало». Здесь еще нет выдуманного Sigur Rós языка, но уже прослеживаются все их фирменные приемчики. Вокал Йонси — один из самых запредельных голосов в истории современной «рок-музыки». Сама композиционная структура песен, хрупкая, сложная — и до слез прекрасная (помните, это они придумали играть на гитарах смычками от скрипок?).

Спустя 20 лет этот альбом, который построен на исландском фольклоре и мифах про Скрытых жителей (Huldufólk), слушается еще более актуально и злободневно. Точнее, «Agaetis Byrjun» можно воспринимать как природный антидот от мира, в наши дни все сильнее задыхающегося от обилия информации. Sigur Rós учат нас тому, что спастись от бренного груза этого мира, можно только по-настоящему уверовав во что-то.

The Flaming Lips — The Soft Bulletin’

Пока весь мир еще не оправился от «OK Computer», вознесшего Radiohead на вершину пьедестала, а до их же «Kid A» оставался год, The Flaming Lips выпустили «последний великий рок-альбом». Который в действительности оказался идеальным поп-альбомом, объединившим в красивую обертку психоделию 1960-ых с «потерянными» гитарными 1990-ыми. В эту формулу гармонично встроился этот неповторимый покерфейсный юмор The Flaming Lips, что и позволило им сделать свою самую мощную «пограничную запись». Минор переходит в мажор, экзистенциализм сменяется надеждой перед лицом Миллениума — вот и весь концептуальный «секрет успеха» этой пластинки (в чартах).

Moby — Play

Ричард Мелвилл Холл прошел очень длинный путь к так называемой «славе» и «успеху». Он начинал с неудобоваривомого хардкор-панка, прошел сквозь череду коммерческих неудач и только к пятому релизу, «Play», вырвался в мейнстримную лигу. Что всегда качественно отличало музыку Moby — это неизменный гуманистический посыл. «Play» весь пропитан чувством Вселенской Большой Любви, которого трудно было достигнуть с пылу с жару. На этом релизе Ричарду удалось вывернуться наизнанку. Он объединил все свои предыдущие изыскания и знания в области андеграундной танцевальной музыки и превратности судьбы несостоявшейся рок-звезды в единый «фирменный» стиль, который считывается буквально за несколько секунд (трек Moby трудно перепутать с кем-то другим). В общем, «Play» — один из последних образчиков «настоящей» поп-музыки, до того как она скатилась в симулякризацию, постоянное самоцитирование и прочий постмодернизм.

Eminem — The Slim Shady LP

Полноценный дебют главного «белого злодея» современного рэпа. Дитя детройтского гетто из неполноценной неблагополучной семьи, Эм дает своему психованному альтер-эго, Slim Shady, разгуляться по полной программе. Он нарочито выставляет себя злобным клоуном и выступает сразу против целого мира в одиночку. В такой способ очень остро воспринимается его собственная боль, гнев и раздражение, которые были, есть и будут главными катализаторами его творчества.

Чем ценен «The Slim Shady LP» сейчас? Да хотя бы тем, что выход такого альбома — и настолько концентрированной злобы — трудно себе представить. Но все эти песни по-прежнему работают. Пулеметный речитатив и изощренное остроумие здесь выступают как способ получить собственный катарсис, необходимый выплеск негативной энергии, которая отравляет душу.

Blur — 13

Одна из главных групп бритпопа выпустила «странный» альбом, который, тем не менее, вырвался далеко за пределы этого призрачного жанра. Не в последнюю очередь благодаря работе Уильяма Орбита над этим релизом, которая добавила в музыку Blur больше «внутреннего пространства», чистого космоса в их песни. Можно утверждать, что «13» — идеальная пластинка о том, как пережить тяжелый разрыв отношений, и довольно важная пластинка-трамплин для возникновения группы Gorillaz. Деймон Албарн во время работы над альбомом делил жилье с Джейми Хьюлеттом, будущим напарником по Gorillaz, что не могло не отразиться на состоянии Грэма Коксона, идейного мозга Blur. В итоге на «13» есть это метаизмерение: будущие устремления Албарна, которые вступают в противоречие с гневом Коксона, но все это выливается в поистине нетленные вещи (например, «No Distance Left to Run»).

Britney Spears — …Baby One More Time

Мы вроде бы это уже не раз встречали в истории современной поп-музыки: откровения провинциального тинейджера, которые вдруг резонируют с настроениями целого поколения. Но этот альбом Бритни, во-первых, подкупал (и успешно делает это до сих пор) своей обезоруживающей искренностью, а во-вторых, продемонстрировал направление будущего для всего последующего мейнстрим-попа даже на уровне «звучания». Какие-нибудь Backstreet Boys на пике своей славы все равно звучали «винтажно», а музыка Бритни определила то, как подобная музыка должна звучать «в новом веке». Шведский танцевальный грув и wannabe-модель «последней девстенницы Америки» — это настоящий триумф, симбиоз коммерции и чувственности.

Korn — Issues

К концу тысячелетия Korn постепенно начали уходить от знаменитого бескомпромиссного рубилова и «бесовщины». Хотя бы потому, что так можно было и в прямом смысле «закончиться». Нам прекрасно известно, на чем выехала группа в самом начале. Джонатан Дэвис выплескивал в текстах мрачные аутсайдерские воспоминания о детстве и юношестве и доводил себя до белого каления перед микрофоном. Остальные участники группы в стиле того же юношеского максимализма представили собственное видение того, на что способна тяжелая гитарная музыка «после гранжа» (позже это назовут «нью-металом»). Но долго так продолжаться не могло.

Дэвис записался в трезвенники, начал принимать антидепрессанты и прекратил вести себя так, будто груз всего мира находится на его плечах (по крайней мере, очень старался). Музыканты наняли суперэнергичного продюсера, который гонял их в студии до седьмого пота. Так и получился «Issues» — очень серьезная и непростая в психологическом плане пластинка, такая себе ода «виктимизации». Тема не новая. Но гранжевики погрязали в основном в топком и сладком болоте ненависти к самим себе. А Korn учили нас тому, что ненавидеть можно не только привычных угнетателей вроде жестоких родителей и деспотичных представителей органов власти, а вообще любого, кто по тем или иным признакам причиняет тебе боль. И сопротивляться угнетению всеми силами.

Rage Against the Machine — The Battle of Los Angeles

К 1999-му году леворадикализм Rage Against the Machine, возможно, и стал в некоторой степени карикатурным и «лобовым» — ну все эти крики о политических узниках, империализме и корпоративной жадности. Но кто сказал, что инъекция критицизма и «несогласия с повесткой» в расслабленное общественное темечко — это плохо? Это очень даже хорошо. Отрицалу видно сразу, он сияет изнутри, как говорится.

Slipknot — Slipknot

В те времена неспокойного пубертата, когда нами приобретался этот альбом с незабываемой облогой, было очень важно знать свои личные способы «выпускать пар». Один из самых приличных и безопасных — это слушать мазафаку. Желательно погромче. Если не вдаваться в беспонтовый снобизм, то Slipknot были одними из лучших в своем деле. Они не копались в твоих внутренностях (чувствах). Не нудили и не строили из себя каких-то там гениальных рокеров. Эти черти в масках просто орали тебе в уши «люди = дерьмо» что есть мочи, пока Джоуи на ударных выбивал из тебя все лишнее (и трудно было с ними не согласиться). Бескомпромиссное отрицалово всегда освобождает.

Beck — Midnite Vultures

Бек Хансен — это офигенный чувак, который может себе позволить на заре Миллениума и общей тревожности прикинуться, будто он тусуется в конце 1970-ых, когда границ удовольствий (и жанров) еще не существовало, а кайфовать и чилить можно было без опасений по поводу собственной безопасности. Пруф: уже в первой песне с «Midnite Vultures» он поет: «Я бросаю вызов логике всех секс-законов». Но не стоит думать, что это винтажная пластинка — звучит (по крайней мере, звучал) Бек всегда современнее всех.

Mogwai — Come On Die Young

Что такое пост-рок? Обычно мы себе представляем длинные (и глубоко печальные) инструменталы минут на 10-15, с обязательной кодой и уходом в фейд. Mogwai — суровые ребята, которые постоянно переизобретают то, каким вообще может быть этот призрачный «жанр». Суровые в прямом смысле: названия их некоторых EPшек можно легко распечатывать на протестные плакаты («No Education = No Future»), а их концертные футболки 1999-го года с надписью «blur are shite» — это уже настоящий раритет.

В «Come On Die Young» вообще чувствуется строжайшая дисциплина, критичность и перфекционизм. Если пост-рок, как правило, описывают чем-то в духе «это саундтрек к неснятому фильму», намекая на эфемерность и абстрактность музыки, то Mogwai — как раз-таки саундтрек к снятому фильму. Здесь нет никаких лишних звуков и «кусков». Поэтому если с вас однажды спросят «за пост-рок», можете смело говорить, что сам термин не особо привечаете, но уважаете Mogwai — и вам с чувством респектнут так называемые «знатоки».

Neurosis — Times of Grace

Когда вас втягивают в очередной стереотипный разговор о «метале» как монотонной и спекулятивной музыке, просто без лишних слов приковывайте таких людей к креслу (гуманными методами) и ставьте им «Times of Grace» от начала и до конца. Трудно вспомнить более атмосферный релиз так называемой «тяжелой музыки» 90-ых. Мизантропичная, темная, полная «индустриального» отчаяния пластинка, но вместе с тем — требовательная, сложная и продуманная до мельчайших деталей. Просто помахать хаером не выйдет, «Times of Grace» нужно как минимум абсорбировать, а затем также неспешно переваривать.

Ol’ Dirty Bastard — Nigga Please

Второй (и последний) сольник самого эксцентричного члена группировки Wu-Tang Clan — настоящий мастер-класс на тему того, как переплавить свои многочисленные недостатки в рэп-нетленку (задолго до того, как этим путем отправился тот же Канье Уэст). В жизни, если верить легендам и фактам, этот парень был невыносимым человеком и находился на самом острие атаки: постоянные проблемы с законом, недопустимое поведение (скажем, он мог прийти на судебное заседание и обзывать судью по делу «ходячим банком для спермы), шальные пули… Но это только идет на руку «Nigga Please» — совершенной отповеди неисправимого психопата и наркета не менее безумному миру. Этот альбом (хоть и неявно) очень сильно повлиял на то, что было «потом». Например, четкий, почти архитектурный стиль битов хитового продюсерского дуэта The Neptunes во многом кажется логичным продолжением безудержного стилька Ol’ Dirty Bastard.

Limp Bizkit — Significant Other

К Фреду Дерсту сотоварищи обычно принято относиться несерьезно. Попсовики-мейнстримщики от рэпкора, дурацкие бейсболки и широкие штаны, дурацкая подростковая агрессия, вырвавшаяся в топы всех чартов благодаря клипам. Но так обычно говорят те, кто особо не въезжал в «Significant Other». Там есть чем поживиться и тем, кто «копает глубже»: например, неожиданно искренняя композиция «No Sex», в которой Фред признается, что устал от легкодоступных девушек и отношений без обязательств. Да и вообще, это просто крепкая «вторая» пластинка, с фронтменами Korn и Stone Temple Pilots и рэпером Method Man на фитах.

Low — Secret Name

90-ые заставили нашу планету вращаться еще быстрее. В кино это отображалось через рваный/ускоренный монтаж. В музыке, как нам известно, на излете эпохи саморазрушительная гитарная музыка уступала популярность техно-ритмам (если очень условно). Но были и те, кто по-своему сопротивлялся этим неизбежным процессам. Например, замечательная группа Low, которая никогда не хватала звезд с неба, но всегда занимала «особое место».

«Secret Name» взялся продюсировать именитый Стив Альбини — и многие фанаты считают, что он чуть было не разрушил хрупкое очарование группы. Low всегда играли очень медленную и невозможно красивую музыку, а «паузы» и пустоты в их песнях были не менее важны, чем «мелодии». Альбини решил заполнить эти паузы. Но в целом песни это не особенно испортило. Low — как тогда, так и сейчас — всегда топили за кристальную чистоту своей музыки. А «Secret Name» продемонстрировал, что удачные эксперименты со звучанием не всегда требуют радикальной смены интонаций и ритма. В итоге то, что делает группа, значительно превышает сугубо музыкальное измерение. Low — это практически религия, очень компактная и личная, которая способна врачевать любую израненную душу.

The Beta Band — The Beta Band

Захватывающая, дико увлекательная коллажная работа, где в одной упряжке уживаются электронные эксперименты, кантри, прог-рок, психоделия и отмороженный хип-хоп. Это, безусловно, китч и авангард, «пластинка не для массового слушателя», как говорится. Но и без концептуального отрицалова и элитизма. Впрочем, на «The Beta Band» слушателю трудно отделаться от ощущения, что над ним талантливо издеваются и занимаются изящным аудиотеррором. Как только ты начинаешь свыкаться с неровностью альбома и уже готов(а) провести параллели с многослойностью Pink Floyd, группа обязательно обломает кайф. За это и любим их одноименный альбом. Он без шуток сильно опередил свое время — вы обязательно поймете сами, почему и как именно.

Jim O’Rourke — Eureka

С самыми большими умниками часто случается такое, что их в какой-то момент «переключает» — и они тянутся к самым простым формам. «От сложного к простому». Достаточно вспомнить Роберта Фриппа из главной прогрессив-рок группы в мире King Crimson, заинтересовавшегося в конце 1970-ых формулой «идеального трехминутного радиохита». Эта формула в целом справедлива и для Джима О’Рурка, известной в импров-кругах фигуры, который на «Eureka» вдруг захотел поиграться с мелодиями и традиционной композицией. И на момент 1999-го года для самого Джима, возможно, это и был самый радикальный эксперимент в творчестве: выдать не то, что от него ожидают (условно, очередной лимитированный виниловый релиз с часовой фри-краут-джаз импровизацией). А сотворить странный, но все-таки «поп-альбом» («авант-поп», как раньше любили изъясняться музыкальные критики). Естественно, у него получилось победить себя, а как могло быть иначе?

Bonnie ‘Prince’ Billy — I See A Darkness

Разговор об Уилле Олдхэме — дело непростое и довольно длительное, парой предложений обойтись сложно. Что важно знать? Это не рядовой «альт-кантри-фолк», как может показаться при первых прослушиваниях. Хотя бы потому что под этими словами обычно понимают какую-то довольно заунывную шаблонную историю о парне «из деревни», который под нехитрые гитарные переборы излагает свою душу и никак не может найти себе места в жизни (оттого и перемещается туда-сюда). Уилл — это в первую очередь сильный и необычный поэт, мастер раскрывать сложные темы с несерьезным лицом. Он поет о смерти, но при этом в текстах нарочно допускает «глупости»: «Death to me and death to you/ oh what can we do-da do?»

TLC — Fanmail

Пока из Бритни Спирс делали кумира молодежи и последнюю девстенницу Америки, именно группа TLC занималась подготовкой почвы для реального будущего. Послушайте эту пластинку сейчас. Именно «Fanmail» во многом повлияла на всю эту снежную лавину пост-R’n’B/инди-поп певичек, которые украшали/украшают обложки хипстерских журналов (от Grimes до FKA Twigs). Этот альбом — настоящий футуризм, который начал «доходить» до публики только спустя полтора десятка лет.

И насколько же пророчески (а также — по-своему трагично) звучат слова из трека «Communication (Interlude)»: «Коммуникация — это ключ к жизни. Ключ к любви. Коммуникация — это ключ к нам самим. Сегодня в мире существуют тысячи разных способов общения. Позор тем, кто так и не научился коннектиться друг с другом». Сегодня, в мире внутренней пустоты и десятков (если не сотен) миллионов одиноких людей со смартфонами в руках, стоит задаться вопросом: как и почему мы подвели группу TLC?

Add N To X — Avant Hard

Помните весь этот ню-рейв, диско-панк, безумные танцы под сирены с гитарами, группу Klaxons или White Rose Movement? Ну или хотя бы LCD Soundsystem и городскую меланхолию Джеймса Мерфи? Так вот, все началось здесь, на «Avant Hard», этом оргазмическом буйстве аналоговых синтезаторов, наслаждаться которым можно хоть до конца жизни.

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.